Трехканальная видеоинсталляция. 2021

Введение
К 2020-му году вещество мира, обескровленного пандемией, будучи рассмотренным через оптику психиатрических практик, рассеивается в набор устойчивых симптомов, визуальность которых может быть представлена во вполне явственным образе пациента.
Протяженность доступного пространства предполагает , что сцена разворачивающегося действия вытянута по одной стороне, таким образом рождая естественное развитие time-based искусства — от одного края к другому, при этом драматургия разворачивается не во времени, а в расстоянии.

Цели
Проследить работу механизма отслаивающегося сознания. Указать на различные схемы восприятия, уплощение видения при дереализации, или синдром отчуждения и потери проприоцептивного восприятия при Кандинском-Клерамбо в масштабе государства/мира/планеты.
Разработать иной тип повествования, где течение времени и следующие за ним аффектации возникают при измерении расстояний, а не времени. Так, например, воздействие в нулевом километре рождает реакцию на это воздействие в 147-м километре. Этот функционал позволяет говорить о новом типе “дистанционной драматургии”, трансформации сцены в линию без времени.

Екатерина Лазарева, куратор выставки «Выбирая дистанцию: спекуляции, фейки, прогнозы в эпоху коронацена», Музей современного искусства «Гараж»

Новая работа Михаила Максимова названа созвучно «фаталити» – завершающей стадии добивания противника, различной для каждого персонажа, в файтинге Mortal Kombat. «Флаталити» (от англ. flat, «плоский»), в свою очередь, исследует различные нарушения восприятия пространства и отсылает к пространственным переживаниям пандемии: во время локдауна мир для людей сузился до размеров комнаты, а дистанция – от дома до магазина и от человека к человеку – стала играть определяющую роль. Развивая принцип моделирования потенциальных реальностей, «Флаталити» обращается к видоизменению мира в переживании: по словам художника, «изменение одной координаты в пространстве меняет порядок создания нарратива – если мы поселимся в трубе, то придется вечно творить линейные произведения». В координатах измененного, «отслаивающегося» сознания художник разрабатывает новый тип повествования – «дистанционную драматургию», когда действие разворачивается не во времени, а в расстоянии. Вместе с тем он расширяет пространственно-временные границы медиума – основанного на течении времени (автора и зрителя), созданного в виртуальном и представленного в реальном пространстве. Около 10 коротких видео складываются в три секвенции продолжительностью около 36 минут каждая, не синхронизированные между собой, таким образом, в пространстве инсталляции эти видео-ряды все время расходятся, создавая бесконечный набор комбинаций по типу генеративного искусства, подрывая привычный канон хронометража как основной меры time-based art и задействуя пластические характеристики пространства.

Звучащая прямая речь воспроизводит свидетельства клинических пациентов о патологических ощущениях пространства, связанных с утратой объемности, уплощением видимой картинки при синдроме дереализации или утратой проприоцептивного восприятия при синдроме Кандинского-Клерамбо. Трудные для восприятия, бессвязно-бредовые описания внутренних состояний, озвученные синтезаторами речи, приобретают остраненно-художественный характер: «мовешки» и «франкоголы» комфортно обустраиваются в узнаваемой психоделической стилистике трехмерной анимации Максимова, которая находит визуально-пространственное соответствие перечисленным синдромам1 – в качестве плагина к 3D-программе создания виртуальных ландшафтов Максимов использует «самописный уплоститель пространства». «Флаталити» погружает зрителя в речевой морок индивидуальных психопатологий, вместе с тем выступая своеобразной диагностикой показанных российских ландшафтов от Мурманского полуострова до Тувы. Серия сменяющихся панорам уплощенных пространств из внутреннего переживания отдельного человека вырастает до диагностики неустроенности и проблемности существования в многообразии представленных ландшафтов России: по словам художника, субъективное «неудобство внутри головы» может прочитываться как объективное «неудобство внутри страны», хотя мы и пониманием, что «заболевание – это дело личное, и только здоровье любит быть вместе».


1  Наряду с синдромом дереализации и Кандинского-Клерамбо, использованы описания синдромов шизофазии, обсессивно-компульсивного расстройства, онейроидный синдром и потеря чувства счисления.

Voice Over и выходные данные


Поток мыслей пронзает мне голову. Горячий поток.
Мысли растекаются по дереву, прячутся от меня, играют в хоровод.
Психика моя веселится, то одна песня, то другая, то другие слова.
Красные мужчина и женщина, все из огня, отнимают всю мою психику, мои мысли, приказывают мне то отравиться, то пища пахнет покойником. Они отнимают мои мысли и кладут их мысли ко мне в голову.
Они мне сказали, что я кукла на содержании, протез, который надо смазать маслом, а не человек.
Я была очень скованной, не могла почесаться и одеться. Руки опущены, голова опущена, и в таком положении мне кажется легче, отступают плохие мысли.
И я очень плохо переношу лекарства, от препаратов у меня задержка мочи, и франкоголы так придумали, что я совершаю ритуалы в туалете. Сначала я шепчу, потом целую и пол, потом унитаз. И все-все-все, пока я языком своим не пройду весь туалет, и нужно выпить водичку, размазать кал по рту, чтобы миазмы, испарения моего тела не отравляли воздух, чтоб людям спокойно было со мной, чтобы не пахло. Такие мысли, когда я хочу сходить по-маленькому, по-большому. Пока я ритуал не сделаю, у меня будет задержка мочи.
Последнее время я до того привыкла ритуалы делать, просыпалась в третьем, четвертом часу ночи, что даже впадала в экстаз, такое возбуждение, вот, стены уплывают, все уплывает, я вижу себя со стороны. Из подсознания лучиком смотрю себя, как в немом кино, вижу себя со стороны, и я теряюсь на Планете Красных Маков. Ну, Планета Красных Маков — это такая планета, я сейчас свои мысли могу вызвать по своему желанию, могу вызвать франкоголов, могу вызвать разумных существ, Людей Зорь.
Я слышу в ушах шум, вот такой тонкий-тонкий. Голосок. И я слышу, что он мне нашептывает. Это Люди Зорь. Он нашептывает мне то, что нельзя выходит на улицу сейчас. Я вижу лучиком своим, что за мной гонится целая стая Фурий. Что такое Фурия? Это осьминог, который обнимает меня с ног до головы, и мне трудно дышать. Раньше был Дракон, он сжигал мои внутренности, шевелился внутри моего мозга, говорил, что мозги мои все растопились, что черепушка — это камень, и у меня будет стерильная голова, и предохранение от заразных болезней.
А франкоголы это такие существа, которые похожи и на человека, и на животное, существа, которые все делают наоборот. Люди Зорь, франкоголы, Разумные существа живут в пространстве. Вне моего сознания они живут в окружающем нас воздухе, и вне моего сознания я не могу их регулировать, они всю мою волю, всю мою психику, все подчиняют себе. Я в общем-то себе не принадлежу.
Во мне существуют два Я. Одно Я — белое, другое Я — черное. И пока черное побеждает белое.
Я легла спать и у меня чесалось тело, вылезали из кожи мовешки, головешки из русской печи. Они показали мне галактики. Мовешки — это тлеющие головешки русской печи. Они освещают мне путь. Когда я смотрю в любую сторону, далеко-далеко, и вижу другую цивилизацию, другую галактику.
Один раз мне было так неважно, смотрю, пятна раздвинулись, и я вижу другую планету, и я стою на этой планете, и такое счастье подкатило к моему лицу, что я стою на этой планете. Смотрю, планета вся в ухабах, колдобинах, Планета Красных Маков. По этой планете протекает такая засохшая речка, а вдалеке целое поле краснощеких таких маков, я поэтому и назвала ее Планетой Красных Маков. И, главное, что я обратила внимание, по руслу засохшей речки лежат трупы, трудно сказать, трупы или нет, но такие скелетообразные существа в общем-то в одежде. И по ним пробегает, знаете, змейкой, по ним пробегают с ног до пят такие зеленые, твердые, шарикообразные, переливающиеся, как ртуть, существа, микробы.
Этим существам нужна лишь наша форма тела, наша оболочка, понимаете, иначе им негде будет поселиться. Я чувствую, как они в меня вселяются, чувствую такой перекат, переливание приятное. И мне рассказали, что раньше эта планета была заселена человеческой расой, людьми, но потом в результате межпланетных войн микробы покорили эту планету, то есть там уже не осталось ни одного такого разумного существа, а только скелеты с внешней оболочкой, и они сказали, что они умные и могут захватить наш мир, но в общем я не согласилась, но было, конечно, приятно, но я считаю, что я низшее существо.
Мне голоса подсказывают, что я недостойна. Не знаю почему.
И это не встает передо мной как какое-то расплывчатое, какое-то туманное ощущение, что является, как бы является, является, как бы непрозрачность воздуха, отсюда появляются Lost 8 и потеря объемности, вот поэтому все видимое производит впечатление фотографии. Кроме того, потому что все видимое находится как в темноте, я существую как бы во мраке. Звуки, которые доходят до меня, доходят издалека, и фитнес, которая в конце концов раздражает меня, как-то я на нее, реагирует, предстает передо мной как как бы немножко издалека То есть она как бы видится в мираже, она нереальная. Главное то, что именно я ушел от самого Тофика, ушел от внешнего мира, и оставаясь человеком, еще способным что-то осмысливать. Как я вижу действительность в отдаленный, ушедший от меня до конца стерлась, что появилось какое-то вторичное ощущение моего яркость появилась одновременно отсутствие моего настоящего и появление какого-то чужого и характерные особенности восприятия, когда я смотрю на предмет, то глаз как бы оберегает, он хватает существенное целое это. Это причем выпадает конкретные особенности предмета, так как у меня постоянное постоянное нет присутствия, то появляется такое такая пустота внутри меня, то есть нет радости, освещения, то есть нет радости вообще бытия, понимаете. То есть я конкретно не вступаю в свое такое нормальное историческое существование как проявляется токсикоз углубления спокойно события песня достигла такого и такого качественного придирок. Когда уже произошел какой-то переворот переворот в качестве, который заставил появится. Вот этому моему мужу.
Ну, день пятницы, пошел, значит, узнать платежную ведомость, сейчас каждый месяц это меняется, ходим пишем новую цену. Чувствовал себя вполне нормально, но уже штормило, как всегда. Заносит все время меня, хотя вообще не пью с нового года. Недавно. Я лежал уже тут в больнице и вот только что вышел. Полтора месяца прошло, тем более не воспользовался моментом, не пью. Ну, рассчитать меня рассчитали, поднимаюсь домой, чувствую, что я в квартире не один, вот такое ощущение. Поначалу не увидел никого, разделся, начал проверять комнаты, смотреть, мало ли чего. Проверил обе комнаты, туалет, ванную и кухню, лоджии проверил: вроде бы никого, и в то же время ощущение такое, что кто-то есть. То ли объем немножко изменился, то ли что-то такое, ну такое чувство беспокойства какое-то было. Вдруг заходят мужчина и женщина через дверь входную, сами ее открыли. В общем, заходят двое в дом и начинают обсуждать, вот это хорошо, это прекрасно, а это не годится, и так далее. Я начал обращать внимание, на что они указывают, меня-то вроде все устраивало. Но меня предупредили предварительно, что я должен ждать гостей. Потому что там учения разведвойск шли. Учения по маскировке в квартирах. Ну вот я начал приглядываться и действительно увидел людей. Но они замаскированы под кресло, под стул, то есть принимают форму, люди принимают форму стула. Как бы сверху насадк идет, такое впечатление, что они сужаются, расширяются, округляются, то есть регулируют своими физиологическими возможностями в полном объеме. Например, женщина, у нее плечики соответствовали уровню, руки соответствуют уровню, ноги под себя она убирает, маскируется под кресло, и, если сесть, облокотиться на нее, то ее можно даже не почувствовать. У них задача такая, чтобы быть замаскированными, наблюдать, слушать, видеть. Вот под торшер были замаскированы женщины. Под стенку были замаскированы, такой же цвет, такой же размер, все один к одному. Когда они сконцентрировали мое внимание, то я их увидел. 8 человек. И дальше поворачивается ко мне военный со звездами, причем погоны очень интересные, зарубежные, наши друзья носят, такие высокие, без всякой рифленки, в один ряд погоны чистые, старший лейтенант, но у них по-другому называется звание, потому что спецвойска разведывательные.
Говорит, мы у вас потренируемся, а потом мы с вами поговорим, то есть беседа будет. Но пока они менялись позами, то есть кто-то был креслом, а стал панелью, панель стала стулом, стул стал торшером, к примеру.
То есть у них идет работа. Да, я это видел, но, говорю им, ребята, хватит уже дурью маяться, в таком статическом положении трудно ведь находиться два часа, в таком положении кресла, стула, панели ведь шевелиться нельзя, если команда «замри» была. Ну я им предложил, товарищи, хватит дурью маяться, давайте чайку попьем, но ни ответа ни привета, и продолжают заниматься своим делом, работают, меня не слышат.
Родился на улице Герцена, в гастрономе номер двадцать два. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… э-э-э… в составе ста двадцати единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете «Те-ле-фун-кен». И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физике пойдет одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, дает свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец дает колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… э-э-э… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщепленный учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном номер двадцать два, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине двадцать два она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону ста двадцати единиц, которые будут… э-э-э… предмет укладывать на предмет. Сто двадцать единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от ста двадцати кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у нее на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! Открытая дипломатия — то же самое. Ну, берем телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… э-э-э… все время черный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?
Весь мир кажется ненастоящим и нереальным. Такое чувство, что в общем все какое-то странное, как будто ты не во сне, как будто во сне. То есть все такое, ты на все смотришь, это действительно так, нет ощущения реальности, просто все кажется каким-то пластиковым, странным. И на улице, дома, везде вообще, поэтому хочется просто вот лежать и смотреть в одну точку, потому что все какое-то странное. Ты как бы себе кажешься ненастоящей, и как будто я вообще не знаю, что это? Что такое «я»? Что происходит? В общем, literally ЭТО, вот если есть слово «я», то я думаю: «Так, я понятия не имею, что это, я понятия не имею, что происходит. Это очень-очень стремно.
Текст читают:
Ника Водвуд
Стася Короткова
Acapela tts engine
Google tts engine
15.ai tts tool
Apple Siri tts engine
(В работе использованы СМС-сообщения абонентов сети мобильного провайдера Мегафон, которые стали доступны в результате утечки данных 14 февраля 2011 года)
Благодарю Д. Зинченко за вдохновляющие беседы